В Америке из-за политики становится все меньше «евангелистов»

«Я больше не отождествляю себя с этим термином», — сказал недавно Боз Чивичян. Он рассказывал о том, как это быть «евангельстом». Это движение его дед, преподобный Билли Грэм, помог популяризировать в Америке.

«Слова имеют значение, — сказал Чивичян, — и «евангелисты» не похожи на баптистов или епископалов, которых можно четко определить».

Чивичян входит в число растущей группы религиозных людей Америки, которые перестали отождествлять себя с евангелистами, чтобы дистанцироваться от более экстремальных элементов этого христианского общества и остаться верными своим принципам.

Этой осенью 80-летнее Принстонское евангелистское братство потеряло слово «евангелистское» из своего названия. Уильям Бойс, исполнительный секретарь христианского братства Принстона, как оно теперь называется, объяснил этот шаг:

«В последние годы … мы наблюдаем, что все больше студентов либо не признают, либо неправильно понимают термин «евангелистское».

И в недавнем интервью Тони Камполо, пастор и основатель движения христиан «Красное письмо», кратко сказал то, о чем другие заявили публично:

«Нам все больше становится неудобно называть себя евангелистами, потому что широкая общественность предполагает вещи, которые не соответствуют действительности. Мы не за смертную казнь, мы не за войну, мы не ненавидим геев, мы не антифеминисты. Поскольку у нас есть такой широкий и неопределенный термин «евангелизм», один человек может автоматически предположить, что каждый евангелист является сторонником Трампа, в то время как другой может думать, что он анти-Трампист, потому что такое тоже возможно. Мы смотрим на веру через политическую линзу, к великому сожалению».

«Евангелизм» не является, как считают некоторые, христианской деноминацией. Это довольно эластичный термин, который может включать в себя мормонов, католиков, протестантов, любую расу, как левых так и правых. Но его часто приписывают только белым республиканским религиозным фанатикам.

Легко забыть, что многие евангелисты 19-го века были социальными прогрессистами и что именно либеральный президент Джимми Картер впервые популяризировал этот термин в конце 1970-х годов.

Но после того, как Джерри Фалуэлл помог увести избирателей евангелистов от Картера к Рейгану в 1980 году — в основном, используя легализованный аборт и поправку о равных правах для мобилизации консерваторов, постоянно были попытки среди правых получить этот сегмент евангельского избирательного блока.

В последнее время администрация Трампа пыталась обратиться к евангелистам — например, защита религиозной свободы или недавняя «война за Рождество» — были направлены на стереотипную демографию.

Кристофер Струп, бывший евангелист, который сейчас выступает против веры, говорит, что это способствовало уходу целой волны христиан, бежавших от термина «евангелисты».

«В Facebook есть группа поддержки на тему «Exvangelical», — рассказал он, — и я вижу, что многие говорят, что после выборов в 2016 году они решили, что им нужно дистанцироваться от этого термина. Это люди, которые не согласны с политикой евангелистов. И действительно, в наши дни любой, кто не согласен с политикой евангелистов, но хочет по-прежнему использовать этот термин, составляет слишком маленькую группу, чтобы что-то изменить».

Тодд Стайлз, пастор церкви Первой Семьи в Анкени, штат Айова, ключевого штата с «евангельскими» избирательными голосами, сказал: «Кажется, люди все меньше хотят называть себя этим словом в наши дни. Многие кандидаты в президенты утверждали, что они евангелисты, но они не живут жизнью, которая соответствует Библии», — сказал он, добавив, что политики, размывающие смысл, действительно повредили определению слова «евангелист».

Когда слово становится настолько большим, что оно охватывает все, оно ничего не охватывает».
Для некоторых либеральных активистов слово «евангелист» стало инструментом противодействия консервативной политике.

Но Лейт Андерсон, президент Национальной ассоциации евангелистов, считает, что сильная критика против евангелистов необоснованна, потому что слишком часто массы определяются действиями радикалов.

«Есть люди, которые идентифицируют себя как евангелисты, а затем делают странные вещи, и это проецируется на всех», — сказал он.

«Несколько лет назад была история с пастором небольшой церкви во Флориде, который решил сжечь Коран, после чего я получил массу звонков от правительственных учреждений и прессы. И я никогда не слышал ни от кого о желании сжечь Коран – только от этого парня! Если бы я прочитал эту историю и ничего не знал о евангелистах, я мог бы подумать, что это все правда».

Самое основное определение «евангелиста» — это тот, кто верит в опыт «возрождения»; что вход на Небеса возможен только через Иисуса Христа; что Библия является буквальным словом Бога; и что обязанность каждого христианина занимать активную позицию, чаще всего посредством прозелитизма, хотя иногда и через социальное служение.

Но в рамках этих параметров политические и теологические аргументы заставили евангелистов раскалываться на протяжении веков.

«Существует значительное число евангелистов, которые не используют это слово», — добавил Андерсон. «Мы представляем около 40 деноминаций и множество различных групп, школ, издательств и церквей, и очень немногие фактически используют термин [евангельский]. Афроамериканцы, больше, чем любая другая группа, придерживаются принципов евангелизма, но очень немногие из них называют себя евангелистами».

Струп циничен в своих взглядах на руководителей церкви, которые больше не используют термин «евангельская», но сохраняют те противоречивые убеждения, которые стали связаны с ним.

«Они просто хотят избежать отрицательных ассоциаций, но все равно будут голосовать против ЛГБТ или прав женщин. Я помню, в 90-х годах термин «религия» имел отрицательные ассоциации, и поэтому все евангелисты говорили: «Речь идет не о религии, а о взаимоотношениях с Богом». Они очень хорошо разбираются в маркетинге, и это попытка ребрендинга».

Добавить комментарий